|
|
 |
В этом подвальчике у «Детского Мира» всегда многолюдно. Как на пересечении караванных путей.
А так оно, пожалуй, и есть. Пересечение путей, судеб в самом центре Москвы. Шумно, и не совсем уютно.
Но мы, привыкли…Удобно.
Рядом с ее работой и метро.
Сидим, смотрим друг на друга.
Она медленно делает несколько глотков вина, отстранив в сторону изящный мизинец, с маленьким, почти детским колечком.
Я встречаю ее после смены, иной раз жду внизу, у ее ювелирного отдела. Магазин закрыт. Охрана: сотрудники милиции уже успели привыкнуть ко мне.
Я несколько раз, перед поездками забегал сюда с полной выкладкой, в камуфляже. Считают меня «своим».
Но чаще я встречаю ее возле служебного выхода.
Долгие секунды целую до одури, несмотря на ее робкие возражения, размазывая помаду, на виду, выходящих из подъезда коллег.
Она не стесняется….
Все давно знают о нашем романе.
Она без ума от меня…. От моих стихов, которые имеют удивительное свойство появляться по ночам.
От моих ласк, в наши нечастые встречи у меня.
А я схожу с ума от нее, от ночных, украдкой сделанных ее телефонных звонков. Схожу с ума от чувственного, тихого голоса, когда она говорит мне по телефону всякие глупости, которые я заставляю ее повторять за мной.
Потом, она отыгрывается на мне, проделывая со мной то же, что и я с ней.
И я повторяю всякую чушь, вслушиваясь в ее, такой неповторимый и совершенно не похожий на реальный голос. Зная, что сейчас я не вижу ее глаз, она смелеет все больше и больше, в своих фантазиях заходит так далеко, что мне становится сначала тепло, затем жарко…затем, а затем я просто нажимаю кнопку off на трубке.
Она не обижается. Я начинаю подозревать, что она даже рада этому, включаясь в нашу игру все больше и больше, представляя мое состояние.
Порой мне кажется, что я встречаюсь с двумя разными женщинами…
Одну, я знаю только по ночным звонкам, и могу лишь представлять. Другая, вот как сейчас, изредка поглядывает на часики, украдкой.
Она специально ждет этого момента, когда я тянусь сбить пепел в пепельницу.
Я это вижу, и думаю про себя:
«Ну, разве она не прелесть?».
Она смотрит на меня, почти не мигая, по крайней мере, движения ее пушистых длинных ресниц, я – не замечаю.
А руки, где-то там в сумочке. Копаются, перебирают на ощупь всякую нужную замужней женщине мелочь, выискивая цилиндрик помады.
Это пароль. Негласный знак для меня, для нас.
Я вздыхаю. Она замечает. Грустинки вспыхивают в уголках ее губ, она опускает на мою руку, свою ладошку с многочисленными колечками-перстеньками: я шучу по этому поводу: «…кто любит все блестящее? Леночка, и…». Она добавляет: «…и сорока!»
Пора! Я допиваю свой коньяк, и мы выходим.
Я уже выучил за пол года, сколько ступенек нужно сделать наверх, сколько шагов мы отмеряем вместе до вестибюля метро, чтобы разбежаться.
Каждый к своему: она к своим, то есть нашим звонкам украдкой, а я к той – другой, с которой только что расстался, и для которой буду опять полночи писать стихи.
А на следующий день, войдя в вечер, как в нирвану, встречусь опять с той, которая будет сидеть напротив меня, за столиком нашего подвальчика, притягивая меня своим взглядом, рассказывая что-то совсем знакомое.
Голосом, совсем не похожим на тот сегодняшний, ночной…
02/2002
© Copyright: Матвей Белый, 2005
Свидетельство о публикации №1501070011
|
